Страницы

суббота, 14 мая 2016 г.

ЭТА.40.Демократическая альтернатива



В конце 1993 года правительства Ирландии и Великобритании подписали Декларацию Даунинг Стрит, признав политический характер североирландского конфликта и зафиксировав, что только диалог может стать методом его разрешения. 31 августа 1994 ИРА объявила об окончательном прекращении огня. Несмотря на то, что европейская общественность долгое время проводила прямые аналогии между конфронтациями в Северной Ирландии и Стране Басков, для испанского правительства разрешение североирландского конфликта не стало примером для подражания, поскольку, якобы, по мнению мадридских заправил, между Ирландией и Испанией существует множество существенных различий. Однако в тот же момент власти безосновательно рассчитывали на то, что ЭТА возьмёт пример с ИРА, объявив о бессрочном перемирии, совершенно не беря в расчёт тот факт, что со стороны ирландцев это решение являлось продуктом долгих и весьма интенсивных переговоров с Лондоном.


Тем временем, на политической арене дела шли не лучшим образом. Деморализация, дезориентация и фактическое крушение левых партий после развала СССР привели к тому, что на политическом поле возвысились правые и ультраправые силы. В случае Страны Басков, «Herri Batasuna», до последнего момента сохранявшая оптимизм по поводу верности своего избирателя, на выборах 1994 года «достигла» самого низкого результата за всю свою историю, собрав лишь 164 тысячи голосов.

ЭТА, осознавшая, что, несмотря на окончание Холодной войны и все сопутствовавшие события, правительство не собирается идти навстречу «националистической левой», в своём первомайском коммюнике подчеркнула важность «ежедневной борьбы» ради «завоевания будущей Страны Басков». Призвав отказаться от пассивного сопротивления и фальшивого ожидания, «этаррас» настаивали на необходимости идти вперёд, перехватывать инициативу и атаковать первыми.

Заявление, выполненное в несвойственной для последних лет манере, отображало внутренние тенденции, царившие в ЭТА. Отказ от сопротивления и переход к более активным действиям обозначали, что переговоры с правительством отныне перестают быть главной задачей дня.

Хотя от заявления веяло воинственностью, никакой особо активной деятельности сами «этаррас» на протяжении 1994 года не развили; как и в прошлом году, организация исполнила несколько десятков акций, жертвами которых стали двое гражданских гвардейцев и двое полицейских. Более активно ЭТА действовала на фронте борьбы против вооружённых сил: здесь были нанесены несколько тяжёлых ударов. 7 февраля в Барселоне был застрелен полковник Леопольдо Гарсия Кампос, 23 мая в результате подрыва автомобиля скончался один из преподавателей школы армейских инженеров в Мадриде, 1 июня, опять же в Мадриде, прямо на возле своего места службы из автомата был расстрелян бригадный генерал Хуан Хосе Эрнандес Ровиа, а 29 июля «этаррас» в столице взорвали заминированный автомобиль, в результате чего погибли генерал-лейтенант Франсиско Вегильяс, его шофёр и двое прохожих.

Что касается потерь личного состава, то за 1994 год погибли двое участников ЭТА. Хосе Мария Игератеги взорвался ночью 29 марта, когда у него в руках случайно сдетонировала бомба, которую он транспортировал к офису Военно-гражданского правительства в Витории, а Анхель Ирасабальбейтира Альдасабаль был убит в перестрелке с сотрудниками автономной полиции «Эрцаинца» в Лухуа 18 ноября. Причём последний случай привёл к тому, что ЭТА официально обозначила автономную полицию своим противником, заявляя, что сотрудники «Эрцаинцы» являются не больше не меньше как «членами реакционной армии, защищающей интересы Испании и испанских коллаборационистов из Националистической Баскской Партии». Это заявление вызвало гневную реакцию со стороны НБП, руководители которой намекнули на возможность развёртывания в Стране Басков «грязной войны» против ЭТА в случае, если «Эрцаинца» будет атакована. Несмотря на столь угрожающие намёки, количество мелких нападений на представителей автономного корпуса полиции, исполненных членами «kale barroka», увеличилось в несколько раз.

Тем временем, окрепшая испанская правая, представленная «Народной Партией», грозила пошатнуть многолетнюю гегемонию в правительстве Испанской Социалистической Рабочей Партии. Раз за разом усиливая своё давление на правительство, требуя ужесточения мер по борьбе с «терроризмом» в Стране Басков, «Народная Партия» вызывала своей активностью беспокойство в рядах ЭТА. Организация квалифицировала НП как авангард наиболее реакционных секторов государства, требующих усиления репрессивной политики, и приняла решение начать непосредственную борьбу против её представителей.

23 января в Сан-Себастьяне был расстрелян лидер НП провинции Гипускоа и один из влиятельнейших политиков Страны Басков Грегорио Ордоньес. Убийство Ордоньеса являлось первой акцией «этаррас», направленной на уничтожение политической фигуры; аналогичные действия, осуществляемые ранее, принадлежали авторству ЭТА (p-m) или же «Автономных Антикапиталистических Команд». Поэтому расстрел 23 января весьма взволновал общественность, встряхнув политическую атмосферу Страны Басков.

Огоньку к этой всеобщей обеспокоенности «этаррас» добавили 19 апреля 1995, когда в Мадриде вблизи автомобиля официального руководителя НП Хосе Мария Аснара взорвалась заминированная машина. Бронированный корпус автомобиля Аснара, а так же небольшая задержка детонатора, спасли жизнь политику, хотя в результате теракта погиб пожилой прохожий. Понятно, что произошедшее руководители «Народной Партии» интерпретировали в свою пользу: как необходимость срочнейшим образом оттеснить от правительства «бесхребетных социалистов» ради недопущения в дальнейшем подобных атак на «демократию».

Вслед за покушением на Аснара, организация 20 апреля публикует свою новую программу-минимум под заглавием «Демократическая Альтернатива». Дело в том, что «Альтернатива KAS», сформулированная ещё в эпоху перехода Испании к демократии и являвшаяся основным списком требований «этаррас» на протяжении более чем 15 лет, к 1995 году морально устарела. К примеру, весьма нелепым выглядел пункт о легализации партий, когда даже умеренные сепаратистские организации получили возможность вполне законно работать на политическом поле. Не менее аляповато звучало старое требование об улучшении условий жизни рабочего класса, который в Стране Басков в организованной форме прекратил своё существование ещё в начале 90-х годов.

«Демократическая Альтернатива» предусматривала двухуровневый диалог с правительством ради политического решения баскского конфликта. На первом этапе должны были состояться дебаты баскских граждан по вопросу самоопределения Страны Басков, причём результаты этих дебатов испанское правительство обязано было признать и уважать. Второй фазой должно было стать всеобщее обсуждение баскскими гражданами конкретных вопросов государственного строительства: политической организации, территориального деления, демилитаризации и т.д. Опять же, Испания никак не участвует в этом деле, наблюдая за всем со стороны и по умолчанию готовясь принять любой результат всеобщего волеизъявления баскских граждан.

Именно эта программа, поддержанная не только «националистической левой», но даже некоторыми руководителями НБП, станет столпом идеологии ЭТА на ближайшие несколько лет.

После некоторого затишья, в начале лета «этаррас» вновь проявили себя: 8 июня в Сан-Себастьяне вооружённой командой был убит центральный протагонист антитеррористической борьбы в провинции Гипускоа, главный инспектор полиции Энрике Ньето. Однако наиболее громким событием лета 1995 года становится задержание 10 августа на Мальорке трёх комбатантов организации, готовивших покушение на короля Испании.

Прибыв на остров на арендованном паруснике, группа сняла апартаменты, из окон которых открывался вид на городской порт, куда отдыхавший король каждое утро прибывал для того, чтобы покататься на своей яхте. Непосредственно убийство планировалось осуществить посредством выстрела из снайперской винтовки с оптическим прицелом. Установить и задержать злоумышленников удалось лишь благодаря бдительности французской полиции, сообщившей своим испанским коллегам о том, что к берегам Испании направляется небольшое судно, арендованное группой политических беженцев, скрывавшихся во Франции.

Осенние месяцы были обозначены участившимися столкновениями между автономной полицией «Эрцаинца» и активистами «kale barroka», достигшими небывалого размаха. Наиболее вопиющий случай произошёл 10 декабря в Ицасондо, где активист «националистической левой» Микель Отеги, преследуемый полицейским патрулём, забежал в свой дом и в следующее мгновение выбежал уже с охотничьей винтовкой наперевес. В результате открытой им стрельбы оба сотрудника «Эрцаинцы» были убиты.

На следующий день «этаррас» взорвали в Мадриде заминированный автомобиль аккурат близ военного фургона, убив шестерых военнослужащих. 22 декабря произошла последняя смертельная акция в этом году, когда в Леоне был подорван армейский командующий Лусиано Кортисо Алонсо.

Несмотря на то, что количество вооружённых вылазок «этаррас» год от года сокращалось, оперативный потенциал организации продолжал находиться на довольно высоком уровне, что было доказано в следующем, 1996 году. Четыре акции, осуществлённые в первом триместре, вновь заставили заговорить о необходимости политического разрешения потухшего было баскского конфликта.

Первая была реализована 18 января 1996 когда «этаррас» похитили сотрудника тюремного управления в Бургосе Хосе Антонио Ортега Лана. Похищение было предназначено для того, чтобы предотвратить перегруппировку политических заключённых в Стране Басков, а так же продемонстрировать боевой потенциал организации.

Вторым выступлением являлось убийство в Сан-Себастьяне исторического лидера ИСРП Фернандо Мухика Эрцога 6 февраля, который одновременно был братом министра юстиции, ответственного за политику разобщения политических заключённых. 14 числа этого же месяца Франсиско Томас Вальенте, экс-президент Конституционного Суда, стал жертвой покушения в Мадриде. 4 марта в результате подрыва машины погиб Рамон Дораль, один из сотрудников «Эрцаинцы», ответственный за антитеррористическую борьбу в провинции Гипускоа.

Все эти вооружённые вылазки содействовали укреплению позиций «Народной Партии», которой на выборах 3 марта наконец таки удалось вытеснить из правительства ИСРП.