Страницы

четверг, 29 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 9


9. Конец милитаризма

Разгром регионального комитета в Байе и местного сельского сектора привёл к тому, что в 1972 году MR-8 обратило свои взоры к Сан-Паулу, куда был направлен Жуан Лопес Сальгаду с задачей подготовки базы будущей региональной группы.

Кроме того, в рамках реорганизации, был основан «Внутренний Фронт», предназначенный для исполнения специальных задач, таких как подготовка фальшивых документов, издание печатных материалов, разведывательная деятельность и поиск легальных средств финансирования.  В дополнении к «Фронту Среднего Класса» и «Рабочему Фронту», был так же создан «Массовый Фронт», непосредственно связанный с рабочими секторами движения. Снова, уже в который раз, подверглась перестройке боевая структура MR-8: «Военно-Политическая Команда» была упразднена, а на её место вновь поставлен «Фронт Вооружённого Действия», который теперь уже не был способен на осуществление масштабных операций и действовал исключительно в формате единого союза с другими революционными организациями.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 8


8. Арест Сезара Кейружа Бенджамина и гибель Карлуса Ламарки

Карлус Ламарка – простой бразильский офицер, попавший ещё в начале 60-х под влияние идей революционного национализма, процветавшего в армейских рядах на фоне политических побед левых. После переворота 1964 года, приведшего к власти проамериканское военное правительство, Ламарка резко пересматривает свои взгляды. Перейдя на марксистские позиции, к концу 60-х он уже осознаёт необходимость непосредственной вооружённой борьбы с диктатурой. Присоединение к «Народному Революционному Авангарду» капитана Ламарки получилось очень громким: в январе 1969 он впервые прославился на всю страну, ограбив арсенал собственной воинской части. Изначально не играя какой-либо заметной роли в организации, постепенно он движется вверх по иерархической лестнице. После объединения VPR с COLINA в единый «Вооружённый Революционный Авангард – Пальмарис» (VAR-P), Ламарка некоторое время играет второстепенную роль в руководстве. Однако вскоре он покидает ряды организация, восстанавливая  «Народный Революционный Авангард» уже под собственным командованием.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 7


7. 1971 – год успехов и злоключений

Начало 1971 года было временем подъёма революционного энтузиазма, связанного с похищением швейцарского посла 7 декабря 1970 года.

Данная операция была самой длинной и самой драматичной из всех, проведённых бразильской герильей. Переговоры между правительством и революционерами длились 40 дней. Похитители передали список из 70 фамилий заключённых, которые должны были покинуть тюрьмы в обмен на жизнь дипломата. Правительство, шедшее на поводу у повстанцев в трёх прошлых похищениях, на этот раз изменило тактику, препятствуя выходу из тюрем некоторых арестованных. Был дан отказ на освобождение 13 из них, уже осужденных за убийства. Похитители настаивали, но государство твёрдо стояло на своём. Некоторые горячие головы предлагали за это убить американца, но командующий операцией Карлус Ламарка под воздействием Альфреду Элиу Сиркиса не согласился с этим вариантом, утверждая, что тогда правительство не выпустит вообще никого. После бурных внутренних дискуссий, было принято решение предоставить правительству 13 имён других заключённых.

Наконец, 13 января 1971 года 70 арестантов были освобождены и высланы в Чили. 16 января швейцарский посол Бухер после 41 дня плена так же получил свободу.

среда, 28 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 6

6. MR-8 наращивает динамику действий

После декабрьской мини-конференции, MR-8 вступает в новый 1970 год с новым же Главным Руководством, куда вошли Даниель Аарон Рейс, Жозе Роберту Спигнер, Сид де Кейруж Бенджамин, Стюарт Эдгард Анжель Джонс, ответственный за «Рабочий Фронт», и Карлус Альберту Виейра Муниз, вставший у руля «Фронта Среднего Класса».

Продолжая издавать журналы «Вперёд» и «Сопротивление»,  движение сумело достичь отличной организации в Гуанабаре и Байе: последний штат рассматривался как трамплин для дальнейшего расширения на Северо-восток. Там же, в Байе, проводилась исследовательская работа, направленная на подготовку к сельской герилье под руководством Жуана Лопеса Сальгаду. Так же ширится деятельность по подготовке «тылового района» в Гуанабаре, в окрестностях водопада Макаку, где обустроены убежища для раскрытых боевиков и некоторая инфраструктура. В январе и феврале организация приобретает для своих нужд 50 револьверов «Таурус» 38 калибра и около пяти тысяч патронов к ним.

вторник, 27 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 5


5. Похищение американского посла Чарльза Берка Элбрика

Нападения на банки, атаки на полицейские патрули, кражи оружия и взрывчатки, убийства, представленные как «торжество справедливости» - всё это насилие, хотя и по-прежнему ошеломлявшее бразильское общество, потеряло свою новизну. Систематическое повторение одних и тех же акций свело революционное насилие к повседневному и обыденному явлению, на которое общество постепенно переставало обращать внимание. Необходимо было найти новые методы запугивания и демонстрации силы.

Именно руководствуясь этой мыслью, главари DI/GB в середине 1969 года замыслили похищение дипломатического представителя.

понедельник, 26 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 4

4. Начало вооружённой борьбы DI/GB

Решив начать вооружённые действия, DI/GB в январе 1969 года направляет Жуана Лопеса Сальгаду в Байю с задачей покупки оружия. В то же время начинается стрелковая подготовка боевиков, проходившая на фазенде близ Жекуйи, предоставленной Клаудиу Торресом да Силвой. Четыре месяца спустя, после начала реорганизации «Диссидентского крыла», эти тренировки будут усилены. И теперь под стрельбища приспособлены пляжи в Перо (Кабу Фриу) и в окрестностях Бузиоса.

пятница, 23 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 3

3. Dissidência da Dissidência

В ходе второй конференции DI/GB, внутри структуры выделяется милитаристская группа Жозе Эдуарду Сааведра Дурана, названная «Группой фокистов», и защищавшая партизанскую тактику Че Гевары и Реже Дебре. Считая невозможным для себя далее оставаться в рядах «реформистов и пацифистов» из DI/GB, в конце 1967 года группа откалывается, создавая организацию «Диссиденты внутри диссидентского крыла» (Dissidência da Dissidência – DDD).

Это был небольшой коллектив из двух десятков активистов, завербованных, главным образом, из школьной и студенческой среды.

четверг, 22 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 2

2. Диссиденты Гуанабары

В процессе внутренней борьбы, в 1966 году при Университетском Комитете Бразильской Коммунистической Партии в Рио-де-Жанейро выделяется фракция молодых диссидентов, пламенно критикующих «умеренных реформаторов» из БКП, не имеющих воли встать в прямую и открытую оппозицию военному правительству.

среда, 21 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ MR-8. ГЛАВА 1

1. Диссиденты Нитероя и «первое» MR-8

Радикальные теоретические дискуссии, ширившиеся внутри Бразильской Коммунистической Партии после 1964 года, - года военного переворота, - привели к формированию в различных городах Бразилии диссидентских коммунистических групп, противопоставлявших реформистским позициям своей партии воинственные идеи вооружённой борьбы с режимом. Одна из таких групп, ядром которой являлась базовая организация БКП Федерального Университета Флуминенсе, была образована и в Нитерое.

вторник, 20 сентября 2011 г.

EJÉRCITO DEL PUEBLO PARAGUAYO



История

«Армия Парагвайского Народа» была основана 1 марта 2008 года, согласно документу, обнаруженному полицией в покинутом лагере EPP в Ибирати, окрестности Оркета  (департамент Консепсьон). Однако, костяк будущей организации (которая, по некоторым сведениям, насчитывает более 60 человек) возник гораздо раньше – внутри радикальной фракции «Партии Свободная Родина» (Partido Patria Libre), которая, единым блоком с другими ультралевыми организациями, участвовала в национальных выборах 2003 года, выдвинув Томаса Сайяса в качестве кандидата в президенты.

воскресенье, 18 сентября 2011 г.

МАРКСИСТСКИЕ МУДЖАХЕДЫ


Эрванд Абрахамъян

Хотя «Организация Муджахедов Иранского Народа» (Sazman-i Mujahedin-i Khalq-i Iran), действовавшая в Иране ещё с 1965 года была укомплектована, прежде всего, последователями шиитской религиозной традиции, их интерпретация революционной идеологии не сильно отличалась от марксистской позиции Федаев.

Точно так же утверждалось, что Иран является колонией североамериканского империализма, что Белая Революция, уничтожившая феодализм, подчинила страну западному капиталу, что культурная, экономическая, военная и политическая экспансия Запада угрожают будущему страны. Режим Пехлеви оценивался как компрадорская буржуазная система, держащаяся, основным образом, на терроре, запугивании и пропаганде. Единственным способом разрушить «атмосферу страха» является героическое народное насилие. Муджахеды так же утверждали, что после крушения режима, революционеры будут проводить радикальные реформы, направленные на уничтожение зависимости от Запада, строительство независимого государства, предоставление права свободного выражения мнения, перераспределения богатств, и, в целом, на построение бесклассового общества, концепция которого возводилась ко временам пророка Мухаммада, и его последователя, третьего шиитского имама Хусейна, стремившегося учредить «Монотеистический Порядок» (Nezam-i Towhid), включавший в себя и построение монолитного бесклассового общества справедливости.

пятница, 16 сентября 2011 г.

БИТВА В МОНТЕ ЧИНГОЛО



Иногда производятся попытки сравнить сугубо спорадические вспышки политического терроризма в Европе с той затяжной партизанской войной (а это действительно было войной в прямом смысле слова), - в горах и в городе, - которую вели левые революционеры в Аргентине в течение 70-х годов. Такое сопоставление изначально весьма несостоятельно, поскольку не учитывается качественная и количественная характеристики: если Старый Мир лишь время от времени потрясали вооружённые действия, главным образом, небольшого масштаба, то для Аргентины на протяжении долгих лет «революционная борьба» подчас громаднейшего размаха стала обыденным и каждодневным явлением общественной жизни. Кроме того, мы не можем вспомнить в Европе ни одной «освобождённой зоны» или «зоны доминирования», в которых революционеры действовали как хотели; в Европе не было масштабных атак на военные гарнизоны и других подобных же акций «открытой» войны, которые в Аргентине осуществлялись с завидным постоянством.

четверг, 15 сентября 2011 г.

ГЕРИЛЬЯ DEVRIMCI YOL



В середине 70-х годов в Турции ширился и углублялся гражданский конфликт. Многочисленные фашистские группировки, среди которых наиболее мощным являлось молодёжное крыло Партии Национального Действия «Ülkücü Gençlik» (Молодые Идеалисты), с молчаливого одобрения правительственных сил разворачивают в стране широкомасштабный террор против активистов левого лагеря и национальных/религиозных меньшинств. К 1977 году внутренний конфликт приобретает черты ползучей гражданской войны: университеты, городские кварталы, заводы и даже тюрьмы превращаются в арену жестоких столкновений между фашистами и представителями левых движений.

среда, 14 сентября 2011 г.

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ "КРАСНЫХ БРИГАД" (1980-1987)



Brigate Rosse – Colonna Walter Alasia (1980-1983)

В декабре 1979 года «Красные Бригады» определяют свои позиции в вопросе рабочей борьбы и распространяют Брошюру № 9, озаглавленную «На больших фабриках». Миланская колонна «Вальтер Алазия», олицетворяющая «синдикальную тенденцию» BR третью позицию»), и не разделяющая представленных тезисов, отказывается участвовать в распространении документа. В том же месяце колонна выпускает собственный рескрипт под названием «Фабрики», где утверждает, что организации необходимо вернуться к своим корням. Рассматривая деятельность внутри рабочего движения, как единственную альтернативу полностью закрытого для организации политического пути, колонна настаивает на борьбе против приоритетных целей (буржуазии, боссов, штрейкбрехеров, информаторов и т.д.), а не на повальном милитаризме, закрытости и бессмысленных атаках на Государство. Таким образом, формулируется концепция «вооружённого синдикализма», предусматривающая постепенное включение широких рабочих масс в революционную войну против эксплуататоров (работодателей).

Летом 1980 года конфликт между колонной и центральной организацией обостряется, и даже собрание Стратегического Руководства в июле месяце не может уладить его.

вторник, 13 сентября 2011 г.

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ "КРАСНЫХ БРИГАД" (1970-1980)


Brigate Rosse (1970-1980)

«Красные Бригады» возникают на фоне тяжёлого двухгодичного периода 1968-69 гг., отметившегося обострением рабочей и студенческой борьбы в Италии. В Милане, наряду с историческими группами «новой левой», рождаются «Совместные Комитеты» (Comitati Unitari) и «Автономные Коллективы» (Collettivi Autonomi), действующие вне традиционного парламентарского поля и синдикальных организаций.

Координация многих из этих формаций, осенью 1969 года приводит к рождению единого «Городского Политического Коллектива» (Collettivo Politico Metropolitano - CPM), который объединяет рабочих и техников двух заводов: «Sit Siemens» и «Pirelli» (наиболее ярким персонажем из этой среды являлся слесарь Марио Моретти). Вскоре к CPM присоединяются студенческие сектора: не только выходцы из рабочего класса, но и дети т.н. «мелкой буржуазии» и «среднего класса».

понедельник, 12 сентября 2011 г.

МАРКСИСТСКИЕ ФИДАИ


Sazaman-i Cherikha-yi Feda'i Khalq-i Iran



Марксистские Фидаи

Эрванд Абрахамъян

Истоки

Холодным вечером 8 февраля (Бахмана 19) 1971 года тринадцать молодых мужчин, вооружённых ружьями, автоматами и ручными гранатами, атаковали пост жандармерии в деревне Сиакаль, на краю Каспийских лесов, и убили троих полицейских. Эта атака, более известная под названием «Инцидент в Сиакале», открыла восьмилетний период интенсивной партизанской борьбы, и подвигла многочисленных радикалов, - как исламистов, так и марксистов, - взять в руки оружие для борьбы против режима.

В период между инцидентом в Сиакале и октябрём 1977 года, когда состоялась первая крупная антишахская демонстрация, посвященная гибели сына аятоллы Хомейни, давшая начало Исламской революции, был убит 341 боевик вооружённых политических групп. Из них, 177 погибли в боях, 91 был казнён, 42 умерли под пытками, 15 пропали без вести, семеро покончили жизнь самоубийством в тюрьме, а 9 были «убиты при попытке к бегству». Около двухсот других за участие в вооружённой борьбе получили сроки от пятнадцати лет до пожизненного тюремного заключения.

Изучая социальный состав павших революционеров, можно отметить, что большинство из них (280 человек) относились к творческой интеллигенции, и лишь 22 являлись заводскими рабочими. Кроме того, это были очень молодые люди – лишь десять человек из этих почти трёх с половиной сотен перешагнули тридцатипятилетний рубеж.

В общем же, вооружённую оппозицию иранскому режиму можно разделить на пять групп:

1. Sazaman-i Cherikha-yi Feda'i Khalq-i Iran (Организация Партизан-Фидаев Иранского Народа), так же известная под именем Марксистских Фидаев;

2. Sazman-i Mujahedin-i Khalq-i Iran (Организация Муджахедов Иранского Народа), которую как правило именуют Народными или Исламскими Муджахедами;

3. Марксистское ответвление движения Муджахедов, которое называют Марксистскими Муджахедами;

4. Мелкие исламистские группировки, действовавшие, как правило, только на локальном уровне: Goruehi Abu Zarr (Группа Абу Зарра) в Нахаванде, Gorueh-i Shi'iyan-i Rastin (Группа Истинных Шиитов) в Хамадане, Gorueh-i Allah Akbar (Группа Аллах Велик) в Исфахане и Gorueh-i al-Fajar (Группа аль Фаджара) в Зехедане;

5. Мелкие марксистские группы, среди которых такие независимые структуры, как Sazman-i Azadibakhsh-i Khalqha-yi Iran (Организация Освобождения Иранского Народа), Gorueh-i Luristan (Группа Луристана) и Sazman-i Arman-i Khalq (Организация за народный идеал). Кроме того, внутри различных левых политических партий и организаций существовали ячейки, проповедовавшие вооружённую борьбу, особенно это касается Курдской Демократической Партии, Революционной Организации Народной Партии Ирана и «Группы Объединённых Коммунистов» (Gorueh-i Ittehad-i Komunistha), проповедующей идеи «новых левых».

Из этих пяти формаций, наиболее воинственными являлись Марксистские Фидаи. Именно к этой группировке принадлежит большинство погибших (172) в ходе вооружённой борьбы с режимом. 38 убитых являлись представителями мелких марксистских групп, 30 были Марксистскими Муджахедами, и только 101 человек представляли движение Народных Муджахедов и различные мелкие исламистские группировки.

Хотя первая крупная операция иранской герильи произошла в 1971, её истоки нужно искать ещё в 1963 году. Жестокое подавление полицейскими силами многолюдных демонстраций, расширение деятельности SAVAK (спецслужба шаха), направленной на подавление и искоренение подпольных организаций, репрессии против Народной Партии и Национального Фронта – всё это заставило отказаться от ненасильственных методов сопротивления режиму. Молодёжное крыло оппозиции начинает поиск новых путей борьбы с диктатурой шаха. Неудивительно поэтому, что в течение нескольких последующих лет на факультетах будут возникать маленькие секретные дискуссионные клубы, изучавшие опыт Китая, Вьетнама, Кубы и Алжира, а так же занимавшиеся переводом на фарси и арабский трудов Мао, Зиапа, Че Гевары и Фанона. Вот свидетельство одного из членов подобной группы:

«Кровавая резня на Мухаррам 1963 года являлась вехой в новейшей истории Ирана. До тех пор оппозиция пыталась бороться с режимом посредством уличных протестов, забастовок и подпольных сетей. Кровопролитие 63 года поставило крест на этой практике. После 1963 многие политические активисты, независимо от их идеологии, задавали себе вопрос: «Что делать?». Ответ был ясен: вооружённая борьба». («Mujahed» №2, ноябрь 1974)

Именно в этот период возникает ряд небольших марксистских и исламских групп, выступающих за организацию герильи. Но большинство из них были обнаружены SAVAK прежде чем они смогли начать хоть какие-то серьёзные боевые действия.

В 1964 году пятьдесят семь молодых людей, преимущественно учащихся колледжей и средних школ, были арестованы в Тегеране по обвинению в закупке оружия и формировании подпольной организации Hizb-i Megal-i Islam (Партия Исламской Нации).

В 1966 году семеро служащих были задержаны в Энзели, Тегеране и Кермане по обвинению в пропаганде вооружённого насилия, переводе кубинских брошюр, а так же создании тайной группы Jeb'eh-i Azadibakhsh-i Mell-i Iran (Фронт Освобождения Ирана). Эту организацию, позже ставшую известной под аббревиатурой JAMA, возглавлял доктор Казем Сами, набожный мусульманин и психолог из Камрана, ставший первым министром здравоохранения исламской республики.

В 1969 году около двухсот членов Народной Партии (Туде), недовольных решением руководства о неприятии насилия, формируют «Революционную Организацию Иранских Коммунистов» (Sazman-i Inqilab-i Komunistha-yi Iran). После операции «самофинансирования», - ограбления банка в Исфахане, - все члены боевого крыла были идентифицированы и арестованы, так и не сумев реализовать ни одной крупной операции.

В том же году, восемнадцать молодых преподавателей и студентов, принадлежавших к Народной Партии, «Марксистской Группе Халеля Малеки» и «Обществу Социалистов» (марксистскому крылу Национального Фронта) были пойманы при попытке пересечения ирано-иракской границы, чтобы в последующем присоединиться к Организации Освобождения Палестины.

Так как ни одна из этих групп не была вовлечена непосредственно в акты вооружённого насилия против властей, все их члены получили относительно мягкие приговоры: рядовые боевики были осуждены на сроки от одного до десяти лет, а их лидеры получили от десяти лет до пожизненного тюремного заключения. Подобного рода приговоры были в новинку для страны, которая очень скоро закрутится в вихре политического вооружённого насилия.

Фидаи

Эта организация, являвшаяся безымянной до марта 1971 года, была продуктом слияния трёх отдельных групп, истоки которых нужно искать в начале-середине шестого десятилетия.

Первая группа была создана в конце 1963 года пятерыми студентами Тегеранского университета: Бежаном Джазани, Аббасом Сурики, Али Акбаром Сафай Фарахани, Мухаммедом Аштияни и Хамидом Ашрафом.


Бежан Джазани


Джазани, центральная фигура группы, являлся учащимся политико-социологического факультета, принимавшим участие в политической борьбе ещё с середины 50-х. Он родился в 1937 году, окончил среднюю школу в своём родном Тегеране, где и присоединился к молодёжной секции Народной Партии. Не согласившись с пацифистками тенденциями Туде, он покинул её ряды, чтобы создать собственную подпольную радикальную группу. Позже, отбывая уже свой пятнадцатилетний тюремный срок, он напишет множество текстов для Фидаев, в том числе такие очерки, как «Борьба против диктатуры шаха» (Ntzbard ba Diktator-i Shah), «Тридцатилетняя история Ирана» (Tatikh-i Siy Saleh-i Iran) и «Как вооружённая борьба должна преобразоваться в массовую борьбу» (Chehguneh Mobarezeh-i Masalehaneh Tudeh-yi Meshavad).  

Сурики, другой студент политологии и формальный член Народной Партии, вырос в Мазандаране, после чего переехал в столицу. Сафай Фарахани, студент инженерного факультета, был родом из Гиляна. В дальнейшем, он опубликует политико-иделогическое пособие Фидаев под названием «Что должен знать революционер» (Ancheh Yek Inqilabi Bayad Bedabad). Аштияни, учащийся юридического факультета являлся самым взрослым и опытными из всех; кроме того, он только что вернулся с военной службы, поэтому мог обучить своих товарищей обращению с оружием. После создания единой организации, большинство новичков-фидаев не нуждались ни в каком военном обучении, так как, главным образом, все они были людьми, недавно вернувшимися с обязательной военной службы. Таким образом, шахские директивы о расширении военной мобилизации сыграли с ним самим злую шутку, потворствуя развитию партизанского движения.


Хамид Ашраф


Наконец, Ашраф, наиболее молодой, бывший член «Марксистской Группы Халеля Малеки», был студентом-инженером. Все пятеро, как и большинство будущих боевиков Фидаев, принадлежали к средним слоям и т.н. мелкой буржуазии.

Чрез пять лет после того, как группа была создана, в неё был внедрён агент SAVAK, в результате чего аресту подверглись четырнадцать участников подпольного сообщества, в том числе Джазани и Сурики. Ашраф, однако, избежал задержания и не только нашёл в себе силы продолжать борьбу, но и сумел привлечь новых людей, продолжив существование группы.

Между тем, Сафай Фарахани и Аштияни бежали от преследований в Ливан, где провели два года в рядах Аль-Фатха, получая помощь от Радманеша (первого секретаря Народной Партии и директора по операциям Туде на Ближнем Востоке), после чего вернулись на родину, воссоединившись с группой Ашрафа. Когда Центральный Комитет Народной Партии прознал про несанкционированную помощь радикалам, Радманеш был смещён со своего поста, а на его место избран Ирай Искандари.

Других членов «исторической» группы, в том числе Джазани и Сурики, держали в тюрьме вплоть до апреля 1975, когда все они были «расстреляны при попытке к бегству». Хотя Джазани и не участвовал в непосредственной организации Фидаев, он всегда считался «духовным отцом» вооруженной группы.


Массуд Ахмадзаде



Вторая группа, участвовавшая в формировании Фидаев, была основана двумя студентами, приехавшими учиться в Тегеран из Машада. Массуд Ахмадзаде, лидер этого коллектива, происходил из интеллигентной семьи, хорошо известной в Машаде своей оппозиционностью режиму Пахлеви ещё с 20-х годов, когда на трон взошёл основатель династии Реза-хан. В средней школе Массуд формирует «Исламский Студенческий Клуб», присоединившийся к Национальному Фронту, в составе которого Ахмадзаде участвует в религиозных демонстрациях против шаха. Однако, переехав в Тегеран в середине 60-х и поступив в Индустриальный Университет на факультет математики, он поворачивается к марксизму, и в 1967 организует подпольный кружок для изучения работ Че Гевары, Реже Дебре и Карлуса Маригеллы. В 1970 году Ахмадзаде пишет одну из фундаментальных теоретических работ Фидаев, брошюру под названием «Вооружённая борьба: стратегия и тактика» (Mobarezeh-i Aslehaneh: Ham Estrategi Ham Taktik).

Амир Первез Поян

Амир Первез Поян, близкий соратник Ахмадзаде, имел схожую историю. Так же, обучаясь в средней школе Машада, он присоединился к Национальному Фронту и принимал участие в тайных религиозных собраниях. Но в ходе обучения в Тегеране, он увлекается революционным марксизмом. Под влиянием Кубинской революции, он так же публикует текст под названием «Необходимость вооружённой борьбы и отказ от теории выживания» (Zarurat-i Mobarezeh-i Masalehaneh va Rad-i Teor-yi Baqa).

Третья группа базировалась в Тебризе и была образована в 1965 году местными интеллигентами во главе с Бехрузом Дехкани, Ашраф Дехкани и Али Резой Набделем.

Бехруз Дехкани, сельский учитель, родился в 1938 году в бедной семье в Тебризе. Его отец принимал активное участие в рабочем движении 40-х годов. Выиграв государственную стипендию, Бехруз поступает в местный университет на факультет английского языка, где встречается с Самедом Бехранги, радикальным писателем, хорошо известным в Иране и Южном Азербайджане. Вместе они выпускают пятитомник азербайджанских народных сказок и легенд. В то же время Декхани и сам написал книгу об отношении литературы и общества. Он переводит произведения Максима Горького и Шона О Кейси. Через Бехранги и его литературный кружок, Декхани встречается с Пояном, тем самым налаживая тесный контакт между группой Тебриза и группой Ахмедзаде в Тегеране. Сам Бехранги не дожил до образования Фидаев – он утонул в реке Аракс в 1968 году.


Ашраф Дехкани

Младшая сестра Бехруза, Ашраф Декхани, имела аналогичный жизненный путь: родившись в Тебризе и выучившись на государственные деньги, она так же преподавала в сельской школе неподалёку от города.

Набдель, тоже молодой учитель, родился и вырос в Тебризе, но затем уехал в Тегеран для изучения литературы в местном университете. Окончив учебное учреждение в 63, он вернулся на малую родину, чтобы преподавать и писать стихи. Творя не только на персидском, но и на турецком и азербайджанском языках, он страдал от государственной цензуры, не пропускавшей в печать его поэзию. Предавая гласности бедственное положение угнетаемого азербайджанского меньшинства, Набдель напишет для Фидаев брошюру «Азербайджан и национальный вопрос» (Azerbaijan Ua Masaleh-i Me-lli). Как и в случае с Декхани, отец Набделя принимал активное участие в борьбе Народной Партии и её локального союзника, Демократической Партии Азербайджана в 40-е годы.

Все три группы начали слияние в 1970 году. Весной того же года группа Ахмадзаде и группа Тебриза объединившись, провели первую вооружённую акцию – ограбление банка в Тегеране для финансирования своих будущих операций. Осенью эти два коллектива сомкнулись с группой Джазани, создав единую организацию, разделённую на три сектора: «городская команда», сформированная, в основном, из членов группы Ахмадзаде; «пропагандистская команда», сформированная из интеллектуалов Тебриза; и «сельская команда» во главе с выжившими бойцами группы Джазани

При ведении переговоров об объединении, группа Джазани, большинство которой составляли бывшие члены Народной Партии, подчеркнула важность создания дисциплинированной и жёсткой организации народных масс, в то время как группа Ахмадзаде, составленная из бывших исламистов и членов Национального Фронта, выделяла роль вооружённой спонтанности и военных подвигов как фактора развития организации. В результате, стратегия Фидаев, сформулированная Ашрафом, склонялась больше ко второй позиции:

«После долгих размышлений, мы пришли к выводу о том, что создание крупных организаций и широкая работа с массами невозможны на данном этапе, вследствие усиления репрессий и проникновения полиции во все общественные слои. Мы решили, что наша ближайшая задача заключается в создании небольших вооружённых ячеек, которые будут атаковать репрессивную систему, доказывая, тем самым, народным массам, что только вооружённая борьба ведёт к освобождению». (Х.Ашраф «Оценка трёх лет борьбы»)

Аналогичным образом высказывается Поян:

«Поражение антиимпериалистического движения позволило реакционерам установить фашистский режим, уничтожить оппозиционные организации, а так же кооптировать оппортунистические элементы. Всё это, а так же оторванность революционной интеллигенции от масс, террор, репрессии и отсутствие демократии, сделали для нас невозможным создание рабочей организации. Чтобы развеять чары покорности и слабости, и вдохновить людей на действия, мы должны прибегнуть к методам вооружённой борьбы… Чтобы освободить пролетариат от упадочной культуры, чтобы очистить своё сознание от мелкобуржуазной мысли, вооружившись и идеологически и материально, необходимо развеять годами создававшуюся режимом иллюзию о бессилии людей» (А.Поян «Необходимость вооружённой борьбы и отказ от теории выживания»)

…и сам Ахмадзаде:

«Как массам осознать себя грозной силой, способной защитить свои собственные интересы? Постоянное подавление, отсутствие руководства, разобщённость, агрессивная пропаганда правительства и вечное присутствие элементов кнута и штыка – всё это возвело высокий барьер между людьми, между массами, а так же между сегментами масс. Каким образом можно уничтожить этот барьер, чтобы освободить инициативу и единое действие масс? Единственным способом является вооружённая борьба… Чтобы победить врага, широкие народные массы должны быть вовлечены в борьбу. Чтобы разбить армию врага, необходимо сформировать народную армию. Народную армию можно создать только в процессе затяжной партизанской войны. Партизанская война необходима не только для военной победы, но и для массовой мобилизации. Поскольку, только мобилизация масс является залогом полной военной и политической победы. Но подлинная массовая мобилизация невозможна без вооружённой борьбы. Мы знаем это не только из опыта Кубы, но и Китая, и Вьетнама… Как подчёркивает Реже Дебре: в современных условиях, важнейшей формой пропаганды являются успешные вооружённые действия» (М. Ахмадзаде, «Вооружённая борьба: стратегия и тактика»)

Таким образом, центральный тезис Фидаев был крайне прост: партизанская война, и ещё больше партизанской войны. После постоянных поражений Народной Партии и Национального Фронта, победы Кастро, Мао и Зиапа, а так же успехов латиноамериканских городских герильерос, революционная иранская интеллигенция прониклась огромным доверием к методам сельской и городской партизанской войны.

Формулируя свои простые стратегии, Фидаи так же подвергали ожесточённой критике другие оппозиционные организации. В сторону Национального Фронта и Освободительного Движения сыпались обвинения в мелкобуржуазности, оппортунизме и соглашательстве. Прокитайское движение, центральной группой которого являлась «Революционная Организация», было обвинено в «каменном догматизме»: маоисты «механически» пытались применить в Иране китайские концепции, совершенно не считаясь с объективными условиями, ведь за последнее десятилетие Иран превратился из полуфеодального княжества в развитую капиталистическую страну, полностью зависящую от Запада. Кроме того, Фидаи считали ошибочной борьбу маоистов с «советскими ревизионистами», так как на данном историческом этапе основным врагом Ирана и всего мирового революционного движения в целом, являлся отнюдь не СССР, а Соединённые Штаты Америки. Помимо всего прочего Фидаи не могли принять позицию прокитайских товарищей, откладывающих непосредственно вооружённые действия на неопределённый срок в угоду создания централизованной политической партии.

Критика Народной Партии была ещё более обширна. Хотя Фидаи уважали Туде, как организацию рабочего класса 40-х, и партию сопротивления 50-х, они обвиняли её в слепом следовании линии Советского Союза, поспешном осуждении Сталина и игнорировании национального вопроса (особенно, в Курдистане и Южном Азербайджане). Фидаи утверждали, что, сдерживая крестьянское движение в 40-е годы, партией была переоценена роль национальной буржуазии, откуда и пошло ложное заключение, что предстоящая революция должна быть «национально-демократической», а не «народно-демократической». Но, прежде всего, Фидаи вменяли в вину Народной Партии то, что она выступает за политическую, а не вооружённую борьбу; за профсоюзную, а не революционную борьбу; за выживание, а не героическое наступление; за парламентский реформизм, а не за радикальный коммунизм.

Со своей стороны, Туде возражала, что долг любого социалиста – поддерживать Советский Союз, - «Оплот марксизма», - и что говорить о быстром переходе от национальной буржуазной революции к социалистической – обозначает поддерживать теорию «перманентной революции» Троцкого. Фидаи, по мнению партии, недооценивают роль иранской буржуазии, и, следовательно – неправильно понимают характер предстоящей революции. Согласно анализу партии, Фидаи переоценивают классовую сознательность индустриального пролетариата, тем самым отвергая возможность ведения политической борьбы.

Более того – Народная Партии сама обвиняла Фидаев в отходе от доктрины Маркса и Ленина, которые утверждали, что вооружённая борьба должна быть начата только тогда, когда будет организована дисциплинированная революционная партия, и созреют все объективные условия для революции. В противовес этому, Фидаи, следуя измышлениям Гевары и Дебре, намеревались создать и партию, и объективные условия в ходе самого революционного процесса. Излишний экстремизм и акцентирование на заговорществе, по мнению теоретиков Туде, относил Фидаев скорее не к марксизму-ленинизму, а к русскому движению народников-якобинцев 19 века, за которыми иранские революционеры повторяли слоганы «Да здравствует пропаганда делом!» и «Да здравствует смерть!».

Невзирая на такие обвинения, Фидаи продолжали подготовку к партизанской войне. Вскоре, «сельская команда» была отправлена в Гилян чтобы учредить первичный партизанский очаг в местных горах. Выбор территории объяснялся отчасти её недоступностью для армейской техники, отчасти потому, что густые леса защищали герильерос от атак с воздуха, но главной причиной являлись радикальные бунтарские традиции местного крестьянства, берущие своё начало ещё с середины 19 века.

Программой-минимум «сельской команды» являлось обустройство схронов и «берлог», изучение местности, налаживание контактов с горными пастухами и местными жителями, а так же вербовка крестьян в партизанский отряд. Но все эти планы были перечёркнуты в феврале 1971 года, когда жандармы в селе Сиакаль арестовали одного из сочувствующих Фидаям. Боясь, что с помощью пыток репрессивные органы получат от задержанного какую-нибудь важную информацию, 8 февраля партизаны приняли роковое решение напасть на пост жандармерии и отбить своего товарища. 


Здание полицейского поста в Сиакале, атакованного герильерос

Узнав об инциденте, шах впал в неистовство. Он тут же послал в регион своего брата для того, чтобы тот возглавил операцию по поимке герильерос, в которой так же приняли участие армейский спецназ, вертолётная команда и сотни полицейских агентов. После массивного розыска, продолжавшегося три недели, военные объявили о ликвидации целой группы прилично вооружённых бойцов, состоящей из тринадцати человек: двенадцать были убиты в столкновениях, а тринадцатый, - Фарахани, - погиб под пытками.

Хотя, объективно, это было военным фиаско, Фидаи восприняли произошедшее как большую пропагандистскую победу, так как организация продемонстрировала народу, что небольшая вооружённая группа смогла напугать весь режим Пехлеви. И неудивительно, что Бахман 19 (8 февраля), вошёл в историю как дата рождения иранского революционного партизанского движения.

Как бы в подтверждение важности инцидента, режим принял ряд чрезвычайных мер. В первую очередь, была развёрнута массированная пропагандистская кампания против герильерос, представлявшая их как атеистов и безбожников, сотрудников советских спецслужб, агентов Багдада и арабского империализма. Пятьдесят один левый интеллектуал Тегерана, ни один из которых не являлся членом Фидаев, были задержаны; в столичных университетах объявлены незапланированные каникулы; поставлена вне закона «Конфедерация Иранских Студентов», имевшая штаб-квартиры в Европе и Северной Америке. Кроме того, увеличились зарплаты полицейских и служащих государственного сектора. Дабы вызвать симпатии в левых массах и выбить у Фидаев почву из-под ног, режим всё чаще стал прибегать к левой риторике, осуждая «арабский» и «русский» империализм, и восхваляя трудящихся Ирана. Более того, правительство провозгласило, что запрещённый праздник Первого Мая со следующего года будет отмечаться на всей территории Ирана, как «День Работника».

В течение девяти месяцев после инцидента в Сиакале, SAVAK в серии вооружённых столкновений удалось убить или арестовать практически всех членов-учредителей Фидаев. Тем не менее, оставшиеся в живых и на свободе, - в частности, Хамид Ашраф и Ашраф Дехкани, - смогли продолжить борьбу. Завербовав новых людей, они организуют новые вооружённые ячейки в Тегеране, Тебризе, Раште, Гургане, Казвине и Энзели. Началось издание двух подпольных журналов: «Bahman 19» (8 Февраля) и «Nabard-i Khalq» (Народная Борьба). Кроме того, в первую годовщину инцидента в Сиакале, группа организует ряд студенческих забастовок и демонстраций. Год отметился так же и серией военных операций: было ограблено пять банков, убиты два полицейских информатора, миллионер-промышленник и главный военный прокурор, взорваны посольства Великобритании, Омана и Соединённых Штатов, офисы транснациональных корпораций «International Telephone and Telegraph», «Trans World Airlines» и «Iran-American Society», а так же совершены нападения на полицейские участки в Тегеране, Тебризе, Руште, Гургане, Мешхеде и Абадане.

В конце 75 стало ясно, что борьба Фидаев с правительством и правительства с Фидаями, зашла в патовую ситуацию. Режим вёл охоту на герильерос, развивал агрессивную пропаганду, твердящую о «террористах-безбожниках», и, самое главное, ввёл значительные ограничения и усилил контроль над университетами и университетскими городками, являвшимися базой вербовки революционной организации. Фидаям, в свою очередь, удаётся восполнять потери, избегать преследований и реализовывать многочисленные героические вооружённые акты. Тем не менее, пять лет борьбы так и не зажгли огонь народной революции.

В ходе обсуждения методов выхода из сложившегося кризиса, организации разделилась на две фракции. Большинство, во главе с Хамидом Ашрафом, погибшим в следующем 1976 году, настаивало на продолжении вооружённой борьбы, до тех пор, пока конфронтация не вызовет массовое восстание. Меньшинство высказывалось в пользу уменьшения вооружённых столкновений, повышения политической активности, - особенно, среди индустриальных рабочих, - и установление связей с Народной Партией. В середине 76 эта группа, примкнув к Туде, осудила концепцию «вооружённой пропаганды», как искажения марксизма-ленинизма, и сформировала «Gorueh-i Munsh'eb Az Sazman-i Cherik-ha-yi Fedayi Khalq Vabasteh Beh Hezb-i Tudeh-i Iran» (Отколовшуюся от Организации Партизан-Фидаев и примкнувшую к Народной Партии Ирана группу), известную так же как «Fedayi Munsh'eb» (Отколовшиеся Фидаи). Конечно, обе фракции не спешили сложить оружие, и, после начала революции, приняли активнейшее участие в столкновении с репрессивными структурами режима Пехлеви. Уже в ходе самого революционного процесса, внутри «Большинства» происходит ещё один раскол – Ашраф Дехкани, не согласная с намерениями руководства отказаться от вооружённой борьбы в угоду развития легальной политической работы в новой республике, в 1979 году покидает организацию, формируя небольшую марксистско-ленинскую радикальную группировку «Партизаны-Фидаи Иранского Народа» (Cherik-hayeh Fadaeyeh Khalgheh Iran)

Cherik-hayeh Fadaeyeh Khalgheh Iran


После Исламской революции, «Отколовшиеся Фидаи» полностью слились с Народной Партией, поддерживая политику Революционного Совета во главе с аятоллой Хомейни по причине того, что стране по-прежнему угрожает контрреволюция. Веря в прогрессивное развитие нового правительства, которое со временем может стать более демократичным, «Отколовшиеся Фидаи» одновременно критиковали исламских фундаменталистов за применение оружия в деле разрешения курдской проблемы и неспособность обеспечить работой три миллиона безработных, лишившихся средств к пропитанию после полного разрыва отношений с Западом и изгнания из страны всех западных компаний. Кроме того, подвергалась критике упорство нового правительства, которое всячески препятствовало деятельности рабочих, крестьянских и солдатских Советов.

Первого мая 1981 года, несколько тысяч сторонников «большинства» Фидаев собрались на площади Азади (Свободы) в Тегеране, где руководство объявило о новой политике организации и новом имени. В соответствии с марксистско-ленинской стратегией, достигнув первого этапа (освободительной национальной революции), группа переставала быть партизанской, но становилась «политической организацией иранского рабочего класса» - «Организацией Фидаев Иранского Народа (большинство)» (Sāzmān-e fedaiyān-e khalq-e Irān (aksariat).

Революция позволила организации создать отделения в большинстве городов страны. Эти центры стали местом сбора эгалитарной светской молодёжи. На первых, относительно свободных выборах после революции, Фидаи получили 10% голосов.

В начале 80-х, когда исламистское правительство ещё не было хорошо организовано, и репрессии не обрушились на головы членов левых организаций, Фидаи вели полуоткрытую деятельность: к тому моменту, организация насчитывала в своих рядах более 20 тысяч человек, главным образом, студентов.

Проводились массовые мобилизации молодежи в защиту светских ценностей в момент, когда революционное правительство стремительно неслось в пучину религиозного фанатизма.

Несмотря на то, что Фидаи пытались не провоцировать открытые конфликты с властями, было очевидно, что засевшие в высших эшелонах фундаменталисты не будут терпеть существования даже такой умеренной оппозиционной группы. Ещё в начале 80-х под непосредственным руководством Революционного Совета, из фанатиков-головорезов и уголовников была создана структура под названием «Партия Аллаха» (Hizb-i Allah), занимавшаяся нападениями на неугодные режиму редакции газет, политические митинги и книжные магазины. С 1981 года «Партия Аллаха» приступила к непосредственным убийствам левых.

Со следующего года репрессии против левого движения разворачиваются в полную силу. Деятельность организации была запрещена, сотни активистов брошены в тюрьмы, вынесены первые смертные приговоры. Террор достиг апогея весной 1983 года, когда Центральный Комитет, опасаясь за свою безопасность, вынужден был покинуть пределы страны. В 1988 году тысячи левых политических заключённых были убиты в тюрьмах по прямому приказу аятоллы Хомейни. В эти ужасные годы сотни Фидаев, в том числе, и восемь членов руководства, были казнены, тысячи были арестованы, несколько тысяч бежали из страны.

пятница, 9 сентября 2011 г.

БАКУРИ - БРАЗИЛЬСКИЙ ПАРТИЗАН


Жеокаж Ли Меди

Четыре десятилетия минуло с тех пор, как страну потрясла кратковременная вспышка городской партизанской войны, однако отголоски тех лет до сих пор тревожат общество и не дают закрыть одну из самых печальных страниц новейшей истории Бразилии. Фигура партизана, превращённого пропагандой военного режима в «безжалостного террориста» и «убийцу», по-прежнему является больным вопросом политической истории страны. Герои для одних, и террористы для других, партизаны вошли в историю как загадочный символ политического насилия, подстрекатели к революции, которая так и не состоялась, мученики за идею, которая умерла в современном мире.

В контексте вооружённой борьбы в Бразилии, фигура партизана в большинстве своём имеет крайне неопределённые, спорные формы. Военный режим однозначно называл всех вооружённых оппозиционеров «террористами». После окончания военного правления, некоторые из партизан были «оправданы историей», другие пришли к власти, третьи же остались навечно проклятыми. Эдуарду Коллен Лейте, «Бакури», один из тех, кто до сих пор проклинаем. Его тяжёлая смерть после многомесячных пыток считается самым страшным примером преступлений военной хунты.

четверг, 8 сентября 2011 г.

ВООРУЖЁННАЯ БОРЬБА PRT-ERP



Ирма Антогнацци


Вопрос вооружённой борьбы

Вопрос вооружённой борьбы не был объектом первых дебатов внутри групп, основавших PRT. В первую очередь, нужно было решить, как реорганизовать свои силы, какой тип партии использовать, и каким образом достигнуть целей, обозначенных термином «освобождение».

«Революционная Партия Трудящихся» была основана 25 мая 1965 года посредством слияния групп молодёжи из Сантьяго дель Эстеро и Тукумана, составлявших «Революционный Индо-американский Народный Фронт» (Frente Revolucionario Indoamericano y Popular), и троцкистскую группу «Рабочее Слово» (Palabra Obrera). Когда в 1970 году официально было принято решение о формировании «Народной Революционной Армии» (на V Конгрессе), «Рабочее Слово» Науэля Морено уже отдалилось от партии, не согласившись с милитаристской позицией. К тому моменту PRT уже обладало значительным опытом легальной политической и рабочей борьбы, борьбы за права человека, электоральной борьбы в Тукумане: все эти практики не были откинуты даже после того, как партия сделала ставку на вооружённую борьбу как фундаментальную форму захвата власти на данном историческом этапе.

вторник, 6 сентября 2011 г.

FORÇAS POPULARES 25 DE ABRIL



Идеологическая направляющая

Ставшие продуктом постреволюционного периода, «Народные Силы 25 апреля», организованные изначально старыми боевиками «Революционных Бригад», выражали позиции наиболее радикальных левых секторов, недовольных политико-экономическим развитием страны; в частности – введением парламентарской формальной демократии, партийной системы и переходом страны на экономическо-социальную платформу капитализма. Для прояснения своих позиций, в апреле 1980 года только что созданная организация выпускает «Манифест к Трудящимся», в котором провозглашается неприятие контрреволюционной Конституции 1976 года, поставившей крест на идеях строительства социализма, отказавшейся от аграрной реформы и сведшей к нулю возможности свободного волеизъявления и непосредственного принятия решений народом.

понедельник, 5 сентября 2011 г.

MARKSİST LENİNİST SİLAHLI PROPAGANDA BİRLİĞİ


Истоки «Марксистско-ленинского союза вооружённой пропаганды» (так же известного под именем «Марксистско-Ленинских Групп Вооружённой Пропаганды» - Marksist Leninist Silahlı Propaganda Birlikleri) следует искать в деятельности «Турецкой Народно-Освободительной Партии – Фронт» (Türkiye Halk Kurtuluş Partisi-Cephesi), - логическим продолжением которой и являлся MLSPB, - и работах её непосредственного лидера Махира Чаяна, убитого репрессивными силами 30 марта 1972 года в ходе вооружённого столкновения в Кызылдере.

Несмотря на военное поражение THKP-C, её деятельность оставила глубокий след в левом турецком лагере. Наследие Чаяна, разработавшего стратегию партизанской войны с североамериканским империализмом, оккупировавшим Турцию, легло в основу теоретических платформ практически всех радикальных левых фракций, образовавшихся в период с 1972 по 1975 года.

пятница, 2 сентября 2011 г.

BRIGADAS REVOLUCIONARIAS

История

Истоки «Революционных Бригад» следует искать в траектории исторического процесса постепенной деградации режима португальской диктатуры, отмеченного следующими важными событиями:

- начало колониальной войны в 1961 году;

- грандиозное студенческое движение 1962 года, охватившее всю страну;

- студенческие выступления в Коимбре в 1968, вписанные в рамки мирового подъёма студенческих протестов от Парижа до Мехико;

- политическая смерть Салазара в том же 68, а затем и физическая его кончина в 1970 году;

- сфальсифицированные выборы в Национальное Собрание в октябре 1969 года. Создание Демократических Избирательных Комиссий. Крушение всех надежд, возлагаемых обществом на короткую «демократическую весну» Каэтано.

четверг, 1 сентября 2011 г.

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ PRT



Документ Partido Revolucionario de los Trabajadores

60-е годы. Истоки PRT

«Революционная Партия Трудящихся» стала продуктом нового этапа критики установленного в стране капитализма. Крах проекта национальной буржуазии в результате постепенной интеграции её в процесс концентрации и централизации крупного капитала иностранными монополиями, привёл к тому, что североамериканские империалисты получили возможность влиять на формирование и политической, и социальной траекторией Аргентины.

«Освободительная Революция» 1955 года, свергнувшая перонистское правительство, - объективно, исчерпавшее себя, - начала проводить политику социальной экономики, облегчавшей внедрение в страну иностранных монополий. Именно поэтому были объявлены вне закона и подавлены те силы, сражавшиеся за рабочее и народное дело, - прежде всего, мы имеем в виду синдикальное движение, - мешавшие проникновению транснациональных капиталов. В связи с этим внутренний рынок пережил страшный удар со стороны иностранных корпораций; снизилась покупательская способность трудящегося и т.д.

Наиболее отвратительным фактом является то, что, национальная буржуазия, прежде энергично развивавшая политику генерала Перона и кричавшая о патриотизме, после «Освободительной Революции» столь же энергично ринулась в объятия интернациональных монополий, сдавая им все национальные производственные сектора.